November 4th, 2012

Добровольное рабство

10.01.10, Малайзия, дайвинг

Получается, я живу совершенно не так, как мне хочется. Те редкие желания, которые проявляются – это остатки после обработки бесконечными страхами и запретами. Просыпаюсь утром, думаю чего хочется. В списке несколько книг, фильмы, несколько практик. Разве так может быть?? Может быть, чтобы я хотела ТОЛЬКО ЭТОГО, каждый день? Только этого и ничего больше? А что если попробовать забыть про страхи и буйно пофантазировать? Разве я выбрала бы жить так же в своих фантазиях?

Чего бы я хотела больше всего:

Чувствовать себя очень уверенно, максимально уверенно. Никогда не опускать глаз, никогда не смущаться, не пасовать, не молчать вежливо, когда мне в глаза вежливо врут или говорят «у нас такая религия». Когда я просто мечтаю об этом, возникает сж 8, наслаждение, которое охватываает всю попку и низ живота. Мне сосвсем не все равно, что в мире столько лживости, агрессии. Мое несогласие подавлено громадным слоем страха. Я восхищаюсь Фаллачи, восхищаюсь …, каждым, кто отважился рискнуть своим благополучием и говорить правду.

Если я представляю, что страха нет, возникает бешество, нежелание быть одним из серой массы, милым одобрямс. Возникает отторжения себя и того, как живу, как мило убиваю все искренние проявления.

Я хотела бы прыгать на каждом хуе, который мне понравится. Нагло. Без оглядки на мужчин. Мне плевать, что он чувствует. Я все равно знаю, что это: стыд, НО ко мне, ж слить. Заискивать перед такими ничтожествами – блять, ну это же нужно быть совершенно ебанутой, забитой, подстилкой рабыней, чтобы вообще считаться с такими уродами. Стесняться поставить его раком и сунуть палец в попу? Стесняться высмеивать его старческость и ханжество? Каким же нужно быть ничтожеством, чтобы жить так, чтобы всегда - каждый день - с этим мириться, не чувствовать никакого несогласия! Как можно быть таким импотентом в сексе и не испытывать тошноты от себя? Как можно видеть мерзких уродов в виде мужчин и считать, что их поведение нормально и обычно?? У меня было много мужей, больше ста. У всех них есть две опции: либо это вальяжный чсвшный безразличный мудак, либо ревнивец – паранойик.

Я боюсь, что кому-то покажется, что я хочу ебаться, что у меня течет писька, что я села бы на первый поппавшийся красивый и пахучий хуй. Я скромно опускаю глаки и сдвигаю вместе ножки. Всю жизнь. Покорная мерзкая неискреняя тварь. Я согласна быть такой же как вы. Ради вашего дешевого одобрения, ради того, чтобы не ворошить зловонную яму, чтобы казалось, что все хорошо, что все люди на самом деле добрые. Я ведь потому и боюсь вас, что знаю – стоит мне проявить себя как ебливая девочка, и мир станет совсем другим. Меня начнут обзывать на улице, улюлюкать вслед, разбрасывать презики около моего логова. Это в мирных странах. Я сохраняю внешнюю благочестивость, прикрываю свои грудки, потому что я такая же как вы. Я злюсь за все свои подавленные желания, я так же ненавижу развратных и бесстрашных людей, как вы.

Разве я когда-нибудь решусь жить так как мне хочется? Смешно. Блять, возникает бешенство. Я так и умру. Я ведь никогда даже не попробую жить по-другому. Все свои желания я подавляю до такой степени, что мне даже НЕ ХОЧЕТСЯ выражать несогласие, быть наглой, ебаться с кем захочется и когда захочется. Спокойнее просто убить все желания и жить хорошо. Читать книжки, вкусно кушать. Ходить каждое утро на завтрак. Большего мне не надо. Могу еще построить поселение, чтобы там тоже вкусно жрать и читать книжки. Все. Жизнь кончена, спланирована до конца.

Мне сильно хочется, чтобы вокруг меня были такие же ебливые и наглые мальчики и девочки. И если я представляю общение с ними, хочется вовсе не семейного общения, которое есть сейчас. Хочется быть искренеей, хочется быть резкой с ними и чтотбы они были резкими со мной. Хочется чтобы они были такие же уверенные, чтобы обычные люди боялись их как чумы, потому что они могут сказать все что угодно, сделать что угодно, потому что никогда никто из них не спасует. Любой взрослый и важный дядя или строгая тетя почувствуют себя посмешищем если начнут их поучать.

Хуй в рот. Я слишком гордая даже для того, чтобы просто признать, что живу не так, как хочу;  что я даже не решаюсь мечтать. Все эти мечты погребены где-то глубоко. Конечно, я говорила, что хчоется дракончиков, хочется жизни в стране Бодхи. Но одно дело вежливо говорить об этом за завтраком, другое – страстно этого желать кадую минуту.

Этого хочется взахлеб. Без этого невозможно жить, дышать. Невозможно ни секунды больше в этом находиться. Жизнь без страха. Я ведь именно за это хотела бороться. Ебать в рот, как так произошло, что я кончила непрерывной обороной своего ЧСВ и трясучкой за то, как бы все свои действия сделать достаточно правильными и привлекательными?

Я важный напыщенный индюк. Я не могу даже для себя писать так как мне хочется и о том, о чем хочется. Потому что я всегда примераюсь – как это будет выглядеть? Буду ли я, кучка дерьма, выглядеть достаточно устремленно и искренне? Не подумают ли, что я просто пытаюсь производить впечатление?